«СПАРТАК» — АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВ: ДУБЛЯЖНЫЙ МАСТЕР С ДВОРЯНСКОЙ РОДОСЛОВНОЙ


«СПАРТАК» — АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВ:

ДУБЛЯЖНЫЙ МАСТЕР С ДВОРЯНСКОЙ

РОДОСЛОВНОЙ

Алексей Алексеев на фотопробах к кинороли генерала в 70-х годах ХХ века

Алексей Алексеев в период расцвета своего таланта на одной из кинопроб

Его фамилия была самой распространённой в дубляжном сообществе бывшего Советского Союза, что вносило в ряды пытливых любителей отечественного киноперевода немалую путаницу. Нередким было такое явление, когда в рамках одного иностранного фильма — в начальных титрах — фамилия «Алексеев» всплывала дважды, относясь к двум совершенно разным людям.

Классический голливудский "Спартак" (1960, в СССР с 1967) - советский титр названия фильма

Классический голливудский «Спартак» (1960, в СССР с 1967) — советский титр названия фильма

Взять к примеру, легендарный голливудский «Спартак» (Spartacus, 1960), где напротив имени Керка Дугласа располагалась надпись: «дублирует А. Алексеев». И минуту спустя – «режиссёр дубляжа: Евгений Алексеев».

Без комментариев (всё обозначено, смотрите следующий кадр внизу)

Без комментариев (всё обозначено, смотрите следующий кадр внизу)

Советский вариант "Спартака" - сплошные Алексеевы! Момент, достойный Книги Гиннеса

Советский вариант «Спартака» — сплошные Алексеевы! Момент, достойный Книги Гиннеса

Или же не менее нашумевшая «Анжелика – маркиза ангелов», где Алексей Алексеев дублировал архиепископа Тулузского, т.е. актёра Жака Кастело, тогда как режиссёром дубляжа там выступал Александр Алексеев. Та же картина наблюдалась и в целой череде других советских кинопрокатных чемпионов зарубежного производства – «Золото Маккенны», «Как украсть миллион», «Анжелика и король», «Фараон», «Эль Греко», «О, счастливчик!», «Опасная погоня»…

Непосвящённым в тайны киноцеха зрителям (если не всем, то очень многим) отгадка тайны открылась лишь в 3-ем тысячелетии, когда десант повзрослевших фанатов советского дубляжа стал частенько высаживаться в Москве; находить там оставшихся в живых мастеров (или же их родственников) и выяснять у них подробности творческих биографий. Вот тогда-то и разъяснилось то обстоятельство, что Алексеевых, на самом деле, было трое. Это режиссёры дубляжа с «Мосфильма» — братья Евгений и Александр Алексеевы, бывшие фронтовые операторы. И актёр-«многостаночник» Алексей Алексеев (самый старший и титулованный из всех однофамильцев), который часто выступал как режиссёром, так и автором русского синхронного текста (так называемым «укладчиком») немалого количества зарубежных картин. Впрочем, сам Алексей Петрович не любил грубоватое слово «укладчик», предпочитая называть эту отрасль дубляжной кинодеятельности «работой над литературным текстом и диалогами».

Своим специфическим голосом он мастерски дублировал того же Керка Дугласа и Энтони Куина, Джона Хьюстона и Робера Оссейна, Фернандо Рея и Мартина Бэлзама, Виктора Шёстрёма и Ральфа Ричардсона. В советские годы – редкая удача для работников киноозвучания! – он даже был удостоен Ленинской и Государственных премий, чем даже затмил достижения таких коллег-зубров, как Владимир Кенигсон, Артём Карапетян и Владимир Дружников (?). После беглого перечня его избранных актёрских работ и регалий у читателя может сложиться впечатление о редкой удачливости этого закадрового кинематографиста, дескать, обласканного властью Страны Советов. И мало кому ведомо, сколь тернистым и долгим был путь Алексея Алексеева к признанию, как в столичном обществе, так и к вершинам избранной профессии.

Алексей Алексеев в молодые годы (фото из архива дочери артиста)

Алексей Алексеев в молодые годы (фото из архива дочери артиста)

Он родился ещё до революции, 2 октября 1915 года в деревне Литяги Кинешемского уезда Костромской губернии в семье совладельца ткацкой фабрики Петра Алексеева (потом родина актёра попадёт под юрисдикцию Вичугского района Ивановской области). Алексей был самым младшим из четырёх сыновей даровитого царского купца из глубинки. Он будет единственным из них, кто сможет получить при новой системе высшее образование, ибо безбожный красный террор жёстко пройдётся по их «вражьей» семье своим неумолимым катком. После октябрьского переворота 1917 года отец будущего артиста попытается наладить на своей артели производство кирпичей, но вскоре «за неуплату налогов Советской власти» будет арестован большевиками, судим и сослан в Архангельскую губернию на лесоповал, где в 1931 году и примет свою смерть.

Юный Алёша, когда подрос, устроился на работу контролёром по хлопку в город Наволоки, а потом набил руку в ремесле чертёжника-конструктора на торфяном производстве и на машиностроительном заводе в г.Комсомольске. У парня выработалась колоритная каллиграфия, что помогло ему в ряде будущих событий его жизни.

В 1936 году он решается приехать в Москву и, скрывая своё непролетарское происхождение, поступает в Актёрскую школу при киностудии «Мосфильм», на курс … Плотникова. Выходцу из русской глубинки с характерным «ивановским» диалектом (где отличительной чертой является сильное «оканье») сперва было трудно в столичном окружении поставить «ногу в стремя». К этому добавлялись и проблемы с отсутствием московской прописки. Но с течением времени целеустремлённый студент смог каким-то образом преодолеть эти бюрократические препоны сталинского режима. Его сокурсниками были Михаил Глузский, Нина Зорская, Людмила Целиковская. По окончании учёбы в 1940 году его распределили в Театр Красной армии, где он и встретил известие о начале Великой Отечественной войны.

Молодые Алексей Алексеев и Михаил Глузский (крайние слева) в далёкие дни предвоенной учёбы на актёрских курсах при киностудии "Мосфильм"

Молодые Алексей Алексеев и Михаил Глузский (крайние слева) в далёкие дни предвоенной учёбы на актёрских курсах при киностудии «Мосфильм» (фото из семейного архива дочери актёра — Ольги Алексеевны Воркуновой)

Три с лишним года он гастролировал с театром по Уралу и другой не оккупированной территории СССР, пока в 1943-м не был призван на фронт. Алексей Алексеев – участник многих боевых действий. Он воевал на 1-ом Украинском, 3-ем Белорусском и Карельском фронтах, брал Кенигсберг. Там же, между боями, из-за выразительного почерка командование неоднократно привлекало его к работе писаря, т.е. оформлению стендов, журналов, походных военных стенгазет. На всю жизнь он запомнил страшные залпы артобстрелов и взрывов при штурме Кенигсберга, превращавших окружающую действительность в сплошной разрушительный кошмарный гул. За участие в этой боевой операции он был удостоен специальных медалей «За взятие Кенигсберга» и «За боевые заслуги».

По окончании войны демобилизовавшийся солдат-актёр вошёл в штат Театра-студии Киноактёра и одновременно в штат киностудии «Мосфильм». Первые 20 лет после Великой Отечественной Алексей, большей частью, занимался киносъёмками (где играл, главным образом, второстепенные роли) и спектаклями Театра Киноактёра. И надо же такому случиться — за «отлакированную» театральную роль пролетарского вождя Ленина в спектакле «Разговор по душам» ему присвоят звание Заслуженного артиста РСФСР. Пожалуй, это своего рода, трагедия тех поколений отечественных артистов, чьи предки (да и они сами) претерпели жестокие гонения от лютых большевистских палачей, а потом вынуждены были (выживания ради) прославлять их одиозных лидеров в искусстве Страны Советов. И Алексей Петрович не является здесь единственным примером. В таком же положении оказались и другие талантливые «дети репрессированных» – Пётр Вельяминов, украинец Константин Спепанков и т. д. и т. п.. Наверное по этим причинам, на публике Алексей Алексеев был человеком сколь добродушным, столь и осторожным, который скрывал — даже от ряда близких друзей — свои корни, уходившие в дворянский род.

Долгое время Алексей Петрович жил с семьёй в коммуналке у Патриарших прудов, на московской Спиридоновке. Там было трудно готовиться к очередной роли, однако в единственной комнате ему принадлежал свой большой письменный стол, на котором были тщательно разложены монтажные листы, рукописи и рабочие тетради. Он был педантично организованным профессионалом.

Алексей Алексеев в одной из своих ранних военно-морских киноролей

Алексей Алексеев в одной из своих ранних военно-морских киноролей

Среди массы киносъёмочных лент сам Алексеев положительно отзывался о картинах, – известной в сталинское время дилогии об адмирале Ушакове «Корабли штурмуют бастионы» (1953) и «Адмирал Ушаков» (роль Метаксы; кстати, на сцене ещё в 1951 году ему посчастливилось сыграть самого святого воина Феодора Ушакова), нравился актёру и милицейский «Ночной патруль» (1957, роль Субботина), а также романтически гриновские «Алые паруса» (1961, Пантен), «Армия Трясогузки» (1963, полковник), «Вечный зов» (13 серия знаменитого телефильма, Николаев) и, конечно, крошечная (но заметная) роль прокурора в грузинской трагикомедии Георгия Данелии «Мимино» (1977), реплики из которой он периодически любил цитировать в быту.

На переломе от 50-х к 60-м годам он всё чаще стал соприкасаться с искусством озвучивания заграничных кинокартин, но эти «вылазки» в закадровое кино были у него тогда чем-то вроде «попутной» подработки. Однако уже на начальном этапе своей «микрофонной» творческой биографии артист столкнулся с русскоязычной адаптацией весьма серьёзных зарубежных кинопроизведений. Это и франко-итальяская экранизация романа Стендаля «Пармская обитель» (1947) с Жераром Филиппом и Марией Казарес (дублировал образ Ферранте Палла – актёр Атиллио Дотессио), и великий японский «Расёмон» (1950) Акиры Куросавы (дровосек – Симура Такаси), и классическая голливудская драма «Всё о Еве» (1949) Джозефа Л. Манкевича (Эддисон Девитт – актёр Джодж Сандерс), и эпохальный вестерн Джона Старджесса «Великолепная семёрка» (1960, в СССР с 1962; Хиларио – актёр Хорхе Мартинес де Ойас)… Но рубежным для Алексея Петровича – по мнению его дочери Ольги (род. в 1951 г.) – оказался 1965 год, когда он стал крайне востребованным специалистом в сфере дублирования импортных фильмов. С этим годом было связано и проведение на «Мосфильме» праздника по случаю его 50-летия, на котором – со стороны таких друзей и коллег юбиляра, как Борис Кордунов, Яков Беленький, Артём Карапетян, Иван Рыжов, Владимир Ферапонтов, Владимир Гуляев, Михаил Глузский – ему даже были вручены соответствующая «дубляжная грамота» и специальная шутливая медаль (см. ниже).

профессиональная медаль, изготовленная его коллегами к 50-летию актёра в 1965 году

Профессиональная медаль, изготовленная его коллегами к 50-летию актёра в 1965 году

И с середины же 60-х Алексеев почти полностью переключается на систематический дубляж, отдавая ему до 90% своего творческого потенциала и рабочего времени. Артист, как и Артём Карапетян (с которым он дружил и очень часто работал) в отличие от многих именитых коллег (от тех, кто считал дубляж этаким «отхожим промыслом») полюбил это дело настолько, что даже составил для себя свод непреложных профессиональных правил. В частности, его главный девиз гласил: «Уметь любить искусство в себе, а не себя в искусстве».

Начался вал непрекращающейся и интересной работы, который в 1966 году увенчался на «Мосфильме» пробами, а потом и утверждением на главную роль Керка Дугласа – Спартака. Масштабная — 12-миллионная по бюджету — картина Стэнли Кубрика о знаменитом восстании рабов в Древнем Риме была синициирована суперзвездой Керком Дугласом после того, как знаменитого актёра (после съёмок в «Викингах») в 1959 году «прокатили» с ролью Бен Гура в одноимённом суперколоссе режиссёра Уильяма Уайлера. Дуглас обиделся на Уайлера (предпочетшего ему более молодого Чарлтона Хестона) и на компанию «МГМ» и тут же затеял свой «древнеримский» реванш. На студии «Юниверсл» он начал спешно готовить масштабный проект о гладиаторах, восставших против патрициев рабовладельческого Рима.
Плакат к историческому суперколоссу Стэнли Кубрика и продюсера-актёра Керка Дугласа "Спарттак" (1960)

Плакат к историческому суперколоссу Стэнли Кубрика и продюсера-актёра Керка Дугласа «Спарттак» (1960)

Вышедший в 1960 году, «Спартак» попал на широкоформатные экраны Советского Союза лишь в феврале 1967-го и, несмотря на свою 3-часовую затянутость и весомый перечень исторических неточностей, начал собирать длиннющие очереди у кинотеатров, став кинотеатральным событием своего времени. Успех объяснялся тем, что «Спартак» был первым сверхпостановочным голливудским зрелищем на античную тему, который прорвался сквозь «железный занавес». Просто такой концентрации англоязычных звёзд первой величины, сверкающих в пышных древнеримских тогах на фоне дорогостоящих декораций и тысячных народных массовок союзные зрители ещё не наблюдали. По сему, и отношение к дублированию «Спартака» со стороны режиссёра Евгения Алексеева и выбранных им артистов было более чем ответственным. Для них это была престижная работа во всех отношениях. И просматривая картину особенно в наши дни — когда дубляж превратился в халтурную потогонную индустрию — буквально с экрана ощущаешь добросовестную воодушевлённость наших мэтров в работе над своими ролями в этом голливудском фильме-гиганте (Владимир Дружников – Лоуренс Оливье, Виктор Хохряков – Чарлз Лаутон, Евгений Весник – Питер Устинов, Феликс Яворский – Джон Гэвин, Мария Виноградова – Джин Симмонс).

Керк Дуглас-Алексей Алексеев актёр дубляжа-легендарное кино-легенды советского кинодубляжа

Легендарный Керк Дуглас в роли фракийца Спартака, дублированный для советского кинопроката Алексеем Алексеевым

Откровенно говоря, голос нашего героя не был самым идеальным для мужественного, холёного и «орлинного» облика Дугласа-Спартака (возможно, время уже по-другому заставляет воспринимать русский дубляж этой роли – прим. автора). Но чувствуя, вероятно, что его несколько сипловатому «звуковому КПД» не достаёт стальной нотки, Алексей Петрович, тем не менее, наделяет свою работу таким градусом драматизма, ярости и любовной эмоциональности, что доказывает правомочность собственной трактовки легендарной кинороли. Вместе с Дугласом он — то грозен с предавшим его арабским вельможей, то нежен – с возлюбленной Варинией (Джин Симмонс), то по-отечески заботлив со стариками, детьми и поэтом Антонином (Тони Кертис). То есть перед нами – сложная, закадровая, портретно-психологическая роль. И Алексеев, несмотря на некоторое несоответствие своих исконных голосовых данных, силой своего таланта, профессионального послушания и творческой самоотдачи смог сделать из неё свой магистральный дубляжный шедевр.

А вот с другим его голливудским «протеже» Эли Уоллахом (коего ему после «Спартака» дважды сосватал всё тот же однофамилец Евгений Алексеев) герой нашего рассказа, что называется, снайперски попал в самый центр «десятки». Идущий между здоровенными кактусами, ковбойский прощелыга с белым флагом Бен Бейкер из «Золота Маккенны» (1969, в СССР с 1974), желающий присоединиться к поиску сокровищ со своей бандой и угрожающий своему бывшему дружку Колорадо (Омар Шариф) засадой при выходе из ущелья, можно сказать, одна из жемчужин Алексея Петровича 70-х. Полная спайка авантюрного образа Уоллаха с голосом Алексеева-старшего, вытянувшего из своей богатой палитры двуликие, вкрадчиво корыстолюбивые, даже алчные интонации дало поразительную творческую симфонию.

«Ты поместил свою стайку в этом красивом гнёздышке, но ты не учёл одну деталь: вход сюда один! – Один отсюда и выход! Уйдёте, как проголодаетесь и наткнётесь на моих людишек» — лукаво внушает Бейкер-Уоллах нужную ему «песню» Колорадо и его бандитской своре. Но запомнилась бы нам эта фраза вплоть до 2017 года, если бы её не произнёс по-русски своим «терпковатым» голосом Алексей Алексеев? – Вопрос интересный. Наверное, вряд ли.

Эли Уоллах в роли лукавого Бена Бейкера из вестерна "Золото Маккенны" (1969, в СССР с 1974) - одна из ярких работ Алексея Алексеева

Эли Уоллах в роли лукавого Бена Бейкера из вестерна «Золото Маккенны» (1969, в СССР с 1974) — одна из ярких работ Алексея Алексеева

Так же как и словесные пассажи того же Уоллаха из комедии уже помянутого нами Уильяма Уайлера «Как украсть миллион» (1966, в СССР с 1975), где известный американец сыграл «съехавшего с катушек» богатого коллекционера произведений искусства Дэвиса Лилланда, одержимого страстью к заполучению пресловутой «Венеры» Челлини. Можно только пофантазировать о том, как бы развернулся талант Алексеева, если бы в советский прокат поступил знаменитый спагетти-вестерн «Хороший, плохой и злой» (1966) Серджио Леоне, где Эли Уоллах во всей своей «отрицательной красе» едва не украл фильм у Клинта Иствуда.

Кстати, наиболее колоритными работами Алексея Петровича были те зарубежные исполнители, которые принадлежали к его поколению. Или же к поколениям первых 3-ёх десятилетий ХХ века. Тот же Эли Уоллах был нашему герою одногодкой (оба 1915 года рождения). Алексеев был на год старше Керка Дугласа (род. в 1916-м), на 2 года старше испанца Фернандо Рея (род. в 1917-м), на 4 года старше Мартина Бэлзама (род. в 1919-м) и на 10 лет старше поляка Петра Павловски (исполнителя роли коварного жреца Херхора в «Фараоне» Ежи Кавалеровича, род. в 1925-м; тоже одна из больших, но «тихих» удач русского мастера дубляжа, сыгранная под руководством Александра Алексеева).

Но он не робел и среди, так сказать, «возрастных» иноземных мастеров. Увы, здесь много раз нам придётся повторять одну и ту же фамилию. Будто сама Судьба собирала под свои причудливые своды -для хронически частой работы! — трёх гигантов одного и того же кинематографического ремесла (что так и просится быть зафиксированным пресловутой Книгой рекордов Гиннеса). Вот лишь некоторые из их совместных свершений: «спартаковский» голос Алексея Алексеева блестяще звучал в устах «архиепископа Тулузского» в «Анжелике – маркизе ангелов» (актёр Жак Кастело, род. в 1914-м, режиссёр дубляжа – Александр Алексеев), англичанина Джеймса Мейсона (род. в 1909-м, в итальянской мафиозной драме «Уважаемые люди»; реж. дубляжа — опять Евгений Алексеев) и другого британского зубра Ральфа Ричардсона (этот вообще 1902 года рождения) в вычурном кинопамфлете Линдсея Андерсона «О, счастливчик!» с молодым Малькольмом Макдауэллом (в закадровой режиссуре – снова! — Евгения Алексеева).

Довелось Алексею Петровичу «по касательной» дублировать (традиционно блестяще) и американского режиссёра-классика Джона Хьюстона (род. в 1906 г., периодически появлявшегося в актёрском качестве). Хит советского кинопроката от 1979 года «Побег» (Breakout, 1975) режиссёра Тома Гриса был заточен сугубо под знаменитого тогда голливудского «крутого мужика» Чарлза Бронсона, игравшего главную роль и дублированного Георгием Жжёновым. Но на заднем плане там пару-тройку раз появляется вероломный миллиардер-предприниматель Харрис Вагнер, оболгавший и отправивший своего внука Джея Вагнера (одна из нелепых ролей в карьере Роберта Дювалла) в тюрьму на целых 28 лет. Старик Вагнер и есть крошечная роль Хьюстона, которую харизматично озвучил Алексеев. Откинувшийся на спинку дорогого кожаного кресла в своём размашистом офисе он упивается ощущением собственной власти над теми, кто решил встать у него на пути. Самодовольно дымящий сигарой и потягивающий брэнди этот двуликий акула с седой бородой менторски излагает свою фирменную философию жизни ничего не подозревающей молодой жене Джея: «Дело в том, что Вселенная состоит не только из огня, земли, воздуха. Но и терпения, усилий, хитрости и… денег. Вот так!».
Легенды советского кинодубляжа-Алексей Алексеев- Джон Хьюстон и Шери Норт

Режиссёр Джон Хьюстон (слева) в роли коварного Харриса Вагнера из ленты «Побег» (1975) Тома Гриса. Одна из многих «проходных» удач Алексея Алексеева

Предполагаем, что самому Алексею Петровичу вряд ли особо запомнилась эта работа в тон-студии «Союзмультфильма» (режиссёр дубляжа Лариса Трифонова, сделавшая перед этим пресловутого «Синьора Робинзона»). Но голос советского артиста наделил три небольших эпизода с Хьюстоном определённым элементом значительности, сотворив из камео ветерана Голливуда своеобразное выигрышное звено этого средненького кинокриминала от студии «Коламбия».

Одной же из конкретных профессиональных вершин Алексеева стала роль противоречивого борца с мафией – сицилийского комиссара Джакомо Бонавия, сыгранная американским артистом Мартином Бэлзамом в мрачной итальянской ленте «Признание комиссара полиции прокурору республики» (1971, в СССР с 1972) Дамиано Дамиани.

Легендарное кино нравственная оценка фильмов-легенді советского кинодубляжа-Алексей Алексеев актёр дубляжа-Артём Карапетян- фильм Признание комиссара полиции прокурору республики-Алексей Алексеев

«Признание комиссара полиции прокурору республики» (1971). В работе над этим фильмом Дамиано Дамиани русский артист Алексей Алексеев сыграл одну из своих самых ярких работ, дублировав актёра Мартина Бэлзама (на заднем плане)

И снова мы тут наблюдаем продуктивный творческий тандем двух разных Алексеевых. Помнится, как этот фильм произвёл фурор на конкурсе VII Московского международного кинофестиваля в июле 1971 года, где он был удостоен Главного приза жюри. Убойную «антизападную» мафиозно-полицейскую драму сразу же купили по идеологическим причинам для показа в Советском Союзе (только для взрослого зрителя). И поручили её дубляж уже неоднократно помянутому нами Евгению Алексееву, который – по своей неуклонной традиции – спустя несколько месяцев сделал из неё очередную дублированную «конфетку». Даже на эпизодические роли в звуковую студию «Мосфильма» были приглашены специалисты высокого класса – Феликс Яворский (мафиозо Ломунно), Артём Карапетян (главврач психиатрической клиники), Александр Белявский (помощник комиссара Микеле Гаммино). Однако, эти крепчайшие актёрские кадры составляли русскоязычный фон для двух главных исполнителей – героев Франко Неро (прокурор Траини) и Мартина Бэлзама (пожилого полицейского Бонавия).
Взирая на словесные баталии аккуратно одетого, приглаженного Неро – Анатолия Кузнецова и видавшего виды, лысоватого Бонавии-Бэлзама, дублированного Алексеем Алексеевым, ловишь себя на мысли, что наблюдаешь с арены кинозала за боем риторических гладиаторов.
Франко Неро и Мартин Бэлзам-легенды советского кинодубляжа-Алексей Алексеев

Горячий спор о пределах допустимого в юридической и полицейской работе между прокурором Траини (Франко Неро) и комиссаром Бонавия (Мартин Бэлзам). Алексей Алексеев и Анатолий Кузнецов на высоте!

Особенно показательна сцена их спора на вершине одной сицилийской горы, с которой мафия сбросила мальчика-пастушка, ставшего для местных бандитов неугодным свидетелем. Недавно назначенный на свою должность и витающий в плену иллюзий Траини ещё верит в букву Закона; прошедший же «на месте» многие круги сицилийского криминального ада Бонавия – порядком разуверился в нём. Первый наивно боготворит официальную судебную Систему, другой же «в интересах Высшей Справедливости» пытается хитроумно её обойти. Бонавия даже готов прибегнуть к клевете и подставным интригам, лишь бы увидеть в гробу мерзкого мафиозного подонка Ломунно, привыкшего творить на своей «вотчине» безнаказанный беспредел и замуровывающий трупы своих жертв в бетонные сваи (на принадлежащих ему же стройплощадках). Накал речевых страстей между Бэлзамом и Неро настолько велик, что из-за высшего дубляжного пилотажа Алексеева и Кузнецова начинаешь серьёзно сомневаться в исконном итальянском происхождении фильма. Яростные доводы, взаимные обвинения, блефующие предположения, сомнительные вопросы — грамотно звучащие на чётком «эмоциональном» русском языке – просто не дают зрителю перевести дух. И, не смотря на скверную идею самой ленты (о тщетности борьбы со злом), делают из отечественной звуковой дорожки фильма образец самой высокой профессиональной пробы.

Впрочем, аналогичную «звукоживопись» обнаруживаешь и на другом кинопрокатном чемпионе брежневского времени – широкоформатном 2-серийном японском детективе режиссёра Дзюнья Сато «Опасная погоня» (1975, в СССР с августа 1977-го), адаптированного для нас с Вами, практически, той же командой «Мосфильма» (но без А.Кузнецова). Здесь же Алексей Алексеев дублирует одну из вспомогательных, но вместе с тем немаловажных ролей – политика и коннозаводчика Тонами.

Хидэдзи Отаки (коннопромышленник Тонами) и Рёко Накано (его дочь Маюми) в памятном японском детективе "Опасная погоня" (1975) режисссёра Дзюнья Сато.

Хидэдзи Отаки (коннопромышленник Тонами) и Рёко Накано (его дочь Маюми) в памятном японском детективе «Опасная погоня» (1975) режисссёра Дзюнья Сато.

Герой нашего рассказа своей вкрадчивой органичностью раскрывает драму рано овдовевшего человека. Тонами баллотируется в губернаторы, но ещё больше он озабочен тем, что его юная дочь – красавица Маюми (Йосико Накано, дубл. Алёна Чухрай) неожиданно увлеклась скрывающимся от полиции бывшим прокурором Мориокой (Кен Такакура; мощный, но сдержанный дубляж Вадима Спиридонова). Лицо пожилого лысоватого актёра Хидэдзи Отаки просто «пропитано» грустными русскоязычными полутонами Алексея Петровича. Японский исполнитель показывает тоску по любимой и единственной дочери, которую он начал терять при появлении беглеца («подставленного» крупной преступной фармакологической корпорацией); а Алексеев будто взял внутреннюю боль этого персонажа на себя, сливаясь с его проблемами, переживаниями и прозаичной житейской усталостью. Одним словом: ещё один впечатляющий синтез из облика далёкого чужеземца и русского голоса нашего мэтра.

Среди прочих колоритных работ актёра стоит отметить румына Александру Добреску (респектабельный усатый адвокат в боевиках «Комиссар полиции обвиняет» и «Реванш» Серджиу Николаеску, дублированием которых руководил его друг – режиссёр Борис Кордунов), венгра Ференца Бешшеньеи (роль Яноша Карпати в картине «Венгерский набоб»), упомянутого уже Джеймса Мэйсона (в «сицилийских» «Уважаемых людях» итальянца Луиджи Дзампы), опять же Мартина Бэлзама (в ещё одной итальянской жестокой ленте Дамиано Дамиани «Следствие с риском для жизни»), англичанина Роберта Брауна (эпизодического немецкого майора в антифашистском триллере «Переход» Дж. Ли Томпсона, где солировали Энтони Куин, Малькольм Макдауэлл и Джеймс Мэйсон) и, разумеется, самого Энтони Куина в «Греке Зорбе», работой над которым Алексеев, кстати, очень дорожил. За несколько лет до этого актёр посмотрел знаменитую драму Федерико Феллини «Они бродили по дорогам» (в оригинале «Дорога», 1954), в коей Куин сыграл грубого циркового перекати-поле Дзампано. Тогда-то данный американец мексиканского происхождения и запал в душу Алексеева, мечтавшего где-нибудь его сдублировать. И «Грек Зорба» предоставил ему эту возможность (правда, сама картина, снятая по роману скандального греческого кощунника Никоса Казандзакиса переворачивает вверх дном традиционные моральные ценности, так же как и другой эпатирующий роман сего богопротивного автора «Последнее искушение Христа», по которому в 1988 году Мартин Скорсезе снимет не менее гнусную экранизацию).

А дублируя Ральфа Ричардсона в британском «О, счастливчике!» актёр так проникался вычурной атмосферой этого — столь же противоречивого — фильма, его музыкой и текстом, что даже приходя домой рассказывал родным о работе над ним.
Говоря о других ипостасях «объекта» нашего детального рассмотрения, то можно констатировать лишь одно: Алексей Алексеев в отечественном «звуковом кино» представлял собой редчайший (если не единственный в своём роде) пример тройного специалиста-многостаночника. Поясним: на чехословацкой приключенческой ленте «Секрет племени Бороро» он, что называется, «особо не напрягаясь» отработал как режиссёр дубляжа, как автор русского синхронного текста и как актёр. И таких примеров в его творческой биографии встречается множество.
Советский кинотитр названия чехословацкой ленты "Секрет племени Бороро", над которой Алексей Петрович работал сразу в трёх качествах- режиссёра дубляжа, укладчика и актёра

Советский кинотитр названия чехословацкой ленты «Секрет племени Бороро», над которой Алексей Петрович работал сразу в трёх качествах- режиссёра дубляжа, укладчика и актёра

Без комментариев

Без комментариев

Имея очень развитое чутьё к литературному слову, он очень кропотливо работал над русской адаптацией диалогов и монологов. Режиссёрски Алексей Петрович сотворил порядка 40-ка кинокартин, как зарубежных, так и бывших союзных республик . Тут стоит упомянуть такие фильмы, как  «Четыре дня Неаполя» (1962, в СССР с октября 1965) Нанни Лоя, «Подсолнухи» (СССР-Италия, 1970, прокат с 1971) Витторио де Сики, «Господин Крюшо в Нью-Йорке» (Франция, 1965, в СССР с 1971), «Задержанный в ожидании суда» (Италия, 1971, в СССР с октября 1973) Альберто Сорди, «Новые центурионы» (США,1972, в СССР с 1974) Ричарда Флейшера, «Торговцы смертью» (Италия, 1974, в СССР с 1978) снова А.Сорди, «Элвис, Элвис» (Швеция, 1976, в СССР с 1979), «Жизнь прекрасна» (СССР-Италия, 1980) Григория Чухрая с Джанкарло Джаннини и Орнеллой Мути в главных ролях и многие другие. А на шедевре шведского классика Ингмара Бергмана «Земляничная поляна» (1957, в СССР с 1965) он самозабвенно работал на укладке текста, попутно дублируя Виктора Шёстрома.

Показательно, что в монопольном союзном киножурнале «Советский экран» (№16, за август 1985 года) один кинозритель из Тулы по этому поводу задал вопрос многоопытному артисту: «Не трудно ли А.Алексееву совмещать одновременно три профессии?»
«Наоборот. Когда работаю над текстом, досконально изучаю картину, одновременно продумываю режиссуру. – Отвечал актёр – На телефильме «Карл Маркс. Молодые годы» я работал над текстом, изучил огромное количество исторического, документального материала, а затем дублировал одну из центральных ролей (кажется, отца Маркса – прим. авт.). Работалось прекрасно, ведь свою роль я «прожил» ещё в период создания текста».

Интересно, что 6-серийный советско-немецкий телевизионный художественный фильм «Карл Маркс. Молодые годы» в качественной постановке Льва Кулиджанова имел в начале-середине 80-х неподдельный успех у зрителей, воспринявших его, как добротную костюмированную мелодраму с политизированной начинкой. В те времена идеологический пресс всячески ограждал сознание советских людей от ознакомления с шокирующими фактами биографий Маркса и Фридриха Энгельса, этих теоретиков классовой борьбы и родоначальников социалистического богоборчества (состоявших, кстати, между собой в грязной содомской связи). Публике была представлена лишь грамотно изложенная, гламурная версия жития Карла Маркса (болгарин Венцеслав Кисев) и Женни Маркс (популярная немка из ГДР Рената Блюме). В итоге состоялся ещё один кинематографический миф, обласканный как телеобывателями, так и властями, присудившими его создателям Государственную премию СССР. В том числе и режиссёру дубляжа – Алексею Алексееву, талантливо переложившего картину на русский язык.

Но это была не единственная регалия нашего героя. За несколько лет до этого он удостоится Ленинской премии СССР за режиссёрскую работу над озвучиванием грузинского фильма Ланы Логоберидзе «Несколько интервью по личным вопросам» (1978) с Софико Чиаурели в главной роли. По словам дочери артиста Ольги Алексеевны Воркуновой: «Он любил работать с грузинскими режиссёрами. А они (когда приходила пора сдавать фильм в «Госкино») часто сами приезжали к нему в Москву и просили, как режиссёра – взять себе в работу ту или иную картину, поскольку были наслышаны о его высокой квалификации».

На профессиональной почве с Алексеевым сдружились такие классики грузинского-советского кино, как Отар Иоселиани (после работы над фильмом «Жил певчий дрозд») и Эльдар Шенгелая. Последнему он здорово помог с дублированием на русский язык его лент «Мачеха Саманишвили» (1977) и «Голубые горы, ли Неправдоподобная история» (1984). А известный грузинский актёр Баадур Цуладзе (хозяин корчмы-взрослый петух из «Приключений Буратино»), глядя на Шенгелая и Иоселиани упросил его составить русскую версию текста его режиссёрского дебюта – детектива «Для любителей решать кроссворды» (1982). Там же Алексеев озвучил и роль начальника исправительной колонии (актёр Гиви Тохадзе).
Рабочая папка Алексея Алексеева с монтажными листами к грузинскому детективу Баадура Цуладзе "Для любителей решать кроссворды" (1982)

Рабочая папка Алексея Алексеева с монтажными листами к грузинскому детективу Баадура Цуладзе «Для любителей решать кроссворды» (1982)

Кинематографические представители гостеприимного Кавказа знали, что этот мастер закадрового промысла не только не испортит их детищ, но и добавит в них определённую толику русскоязычного шарма.


Для Алексеева всегда было важно, как звучит слово. Он придерживался твёрдого мнения, что «на камеру можно сыграть и лицом», делая это, подчас, манерно и фальшиво. – И это зрителю даже не будет заметно. Но сфальшивить при подаче слова – невозможно. «Фальшивая нота» обнаруживается зрительским ухом сразу же. По теории Алексеева: чтобы слово звучало достоверно, его постоянно нужно пропускать через «голосовое сердце». Примечательно, что из своих коллег-режиссёров он уважал наиболее требовательных женщин – Хесию Локшину с киностудии Горького и Майю Мирошкину с «Союзмультфильма» (по крайней мере, именно эти имена прозвучали в устах дочери артиста Ольги Алексеевны).

А одна из великих профессионалок кинодублирования эпохи СССР, более младшая актриса Лариса Данилина (род. в 1938-м), которая работала с ним совместно в 1976/77 гг. на итальянской ленте «Уважаемые люди», в феврале 2012 года отозвалась о нашем герое следующим образом: «Алексей Петрович Алексеев – это, действительно, бриллиант. Он был человеком нежным, тонким, высочайше образованным и совмещал в себе, можно сказать, весь дубляж. Он был актёром, он был режиссёром, он был укладчиком и всегда находился «рядом». Я работала с ним на одной картине, где текст постоянно переписывался. Из-за этого дело стопорилась. Но как только в зал вошёл Алексей Петрович кризис стал отступать и «процесс пошёл». Своим присутствием он вселял уверенность в актёра и мне начинало казаться, что я уже являюсь не только голосовым звеном работы, но и самой укладчицей текста. Хотя текст составлял и укладывал он».
В первой половине 70-х был такой период, когда Театр киноактёра закрылся и он временно перешёл на работу в штат киностудии им. Горького. В частности, тогда ему и поступила странная — но великолепно озвученная — лента «Задержанный в ожидании суда» Альберто Сорди, где своеобразного итальянского комика неизменно дублировал его приятель Артём Карапетян (также как и потом в «Торговцах смертью»).

Шаг за шагом, совершенствуясь в собственном ремесле Алексей Петрович выстраивал и свою карьеру. Он достиг серьёзных профессиональных званий «актёра дубляжа высшей категории» и «режиссёра дубляжа I категории», что гарантировало ему солидный — по советским меркам — ежемесячный заработок в 500 рублей и выше. А в 1986 году ему было присвоено звание Заслуженного артиста РСФСР. Со временем актёр переехал из коммуналки в большую квартиру на Большой Никитской в известный «дом ВТО», где раньше располагался Дом Гончаровых (т.е. жилищная вотчина семейства жены Пушкина Наталии Гончаровой), считавшийся в советское время «актёрским домом». В те годы в нём проживали Лидия Сухаревская, Андрей Миронов, «пан Зюзя» Зиновий Высоковский и другие популярные представители мельпомены. Под Москвой он приобрёл дачу. Там он с головой уходил в садоводство — садил деревья, пропалывал грядки. Особенно он любил ухаживать за яблонями. Степенный летний отдых в саду при наступлении холодов актёр сменял на зимнюю рыбалку. С этой целью Алексеев часто уезжал на Валдай – порыбачить в проруби.

В личной жизни артист был однолюбом. Со своей женой – старшим библиотекарем из Академии общественных наук при ЦК КПСС — он познакомился ещё в 1939 году и прожил с ней всю свою сознательную жизнь. Объяснение этому редкому явлению в богемной среде можно найти отчасти в том факте, что Алексей Петрович происходил из верующей старообрядческой семьи, где почиталась строгость выполнения нравственных обязательств. Правда, факт остаётся фактом: в эпоху расцвета своей кинодеятельности он — судя по ряду провокационных зарубежных фильмов (которые ему приходилось дублировать) — был не очень подвержен богобоязненному чувству. Азарт, который нахрапом увлекает творческую натуру в круговорот сомнительных кинотем (при появлении новых ролей), часто вытесняет «на обочину» её изначальное стремление к благочестию. Но на склоне лет, т.е. в лихие 1990-е, героя нашего рассказа то и дело можно было видеть в востановленном храме Вознесения Господня на Никитской улице, где в своё время венчались Александр Сергеевич Пушкин и Наталия Гончарова. Эта обитель стала его церковью, в которой он имел своего духовника — отца Владимира. Но самое показательное – там Алексей Алексеев исповедовался и причащался Святых Христовых тайн.
Алексей Алексеев-Легенды советского кинодубляжа-Легендарное кино нравственная оценка фильмов-Керк Дуглас Спартак

Алексей Алексеев (фотопробы к военной кинороли), эпоха СССР


В 1990 году врачи обнаружили у него рак предстательной железы и сделали актёру тяжёлую операцию. Медики пророчили ему скорое расставание с жизнью, поскольку болезнь была в запущенном состоянии и проведённое хирургическое вмешательство не дало его организму ощутимого улучшения. Но примерно в тоже время Господь послал ему долгожданную внучку, что добавило болящему артисту-пенсионеру ещё 8 лет жизни (возможно, поэтому Алексей Петрович на склоне лет и обратился к Богу, вспомнив о религиозности своих предков). 16 мая 1998 года в возрасте неполных 83 лет он скончался в окружении родных и близких. Тело мастера предали земле на кладбище «Ракитки».

P.S. Автор этих строк должен сделать некоторое признание читателю в том, что здорово, образно говоря, задолжал Алексею Петровичу (и родственникам актёра) в плане популяризации его таланта. Примерно лет пять назад им рассматривалась идея создания отдельного документального фильма о творчестве этого корифея из серии «Легенды советского кинодубляжа» (не путать с «Легендами дубляжа», — это другой проект других лиц, некорректно «экспроприировавших» наше название в угоду своим соревновательным амбициям). Благо, что набранный в Москве эксклюзивный видеоматериал позволял сделать из него вполне серьёзную телевизионную работу в жанре творческого портрета. Но извечный «финансовый вопрос» и наступивший вскоре убийственный политический кризис в отношениях между Россией и Украиной не дали осуществиться интересной культурологической задумке. Неуклонное течение времени, увы, не добавило определённости в решение данного вопроса. По сему, в 2017 году нам пришлось ограничиться лишь вышеизложенным очерком о данном кинематографическом специалисте.
В роли прокурора в эпизодической роли картины "Мимино" (1977)

В роли прокурора в эпизодической роли картины «Мимино» (1977)


К этому автора подвигло и уважение к личности артиста, и желание выявить его имя из забвения в знак назидания молодым коллегам и неблагодарным творческим потомкам, которые нынче «на всех парах» рубят на дубляже свою рыночную «капусту» без всякой оглядки на авторитетных профессионалов (минувших дней). Ведь на достижениях такого гранда, как Алексей Алексеев было бы не грех поучиться многим сегодняшним рыночным «технарям», часто мнящих себя состоявшимися величинами индустрии озвучания, а по существу даже не годящимися в подмастерья великим «укротителям киномикрофона» эпохи Советского Союза.

Мельчает время, мельчают личности. Теперешних эпигонов Кенигсона, Алексеева и Карапетяна (думаю, они сами узнают себя, прочитав эти строки) заботят, большей частью, гонорарные вопросы или же звездистая тусовочная мишура с их всевозможными «корпоративами» и прочими «сходняками», где можно алкогольно «оттянуться», поблудить, чванливо показать себя и корыстолюбиво посмотреть на других. Они тоже клянутся в том, что любят свою профессию и зачастую работают на износ; только проблема в том, что они в ней явно не преуспели. Точнее, просто не доросли до былых видавших виды киномаэстро.

Встать вровень с сиими мэтрами прошлого им не позволяет ни уровень таланта, ни полное забвение принципов моральной ответственности перед зрителем. В лучшем случае эти подражатели научились чётко попадать в размер фразы, уверенно читать тексты и иногда разбавлять их нехитрой эмоциональной палитрой. Однако в них (по крайней мере, в подавляющем большинстве этих «легенд») напрочь отсутствует трепетное отношение к искусству дубляжа. Потогонный вал работы убивает творческий дух, культивирует нежелание добросовестно относиться к качеству построения переведённых словосочетаний, к благозвучию русской речи, к органичному сочетанию подбора актёрских голосов. И на этом фоне персона такого человека из советского прошлого, как Алексей Алексеев с его своеобразной человеческой судьбой, с его развитым мастерством «кинословесной интуиции» и пиететным стремлением к профессиональному совершенству, действительно, выглядит, как далёкая звезда, посмертно недосягаемая для теперешнего сословия живых амбициозных кинодублёров.

 

Борис Швец (специально для ресурса «Легендарное кино: нравственная оценка фильмов»)
21 апреля 2017 года 

 

Автор выражает благодарность Сергею Полетаеву за техническую поддержку при оформлении очерка

Вы можете оставить комментарий, или Трекбэк с вашего сайта.

Комментариев к записи: 2

  1. lit123:

    Неплохая статья,но там где касается политики,автор садится на своего конька-красный террор,репрессии и тд..,показывая свой полный профанизм в этих вопросах,заколебали Вы уже с возвеличиванием церкви и обливанием грязи революции..Если бы не она и не «ужасные»вожди ,как Вы пишите,где бы был дубляж сейчас?Булками французскими бы хрустели дворяне и холопы бы батрачили..И не было никакого развития кино,как при большевиках..Ну да где уж автору понять это..

    • Будулайроманов:

      Борис, огромное спасибо за статью!

      lit123, Вы уж или трусы наденьте или крест снимите! Если революция была так прекрасна, откуда-же тогда красный террор и уничтожение цвета русской нации? А ведь именно это и творилось!

      Борис пишет не только о церкви, скорее о человеческой душе. О том, что человек, если он действительно человек, выкладывается полностью в служении своему делу. Не может он делать что-то наполовину. Даже когда кругом мракобесие.

      Да, именно из времён советских вышли Тарковский, Рязанов, Гайдай, Данелия. Не смотря на жесточайшую цензуру. Сейчас вроде, такого нет. Но нет и гениальных фильмов. И современные актёры озвучивания работают «спустя рукава», лишь подсчитывая барыши. Вот о чём речь.

Оставить комментарий